Искушения идеального мужа / «Идеальный муж» (1980)
Экранизации книг часто только расстраивают фанатов, но мы, как мышки, продолжаем плакать, колоться и жрать кактус, то есть смотреть и пересматривать киноверсии любимых произведений. В этот раз смотрим комедию «Идеальный муж» Оскара Уальда и образ главной злодейки – Лоры Чивли.
Пьеса была написана в 1893 году, действие в ней происходит «в наши дни», соответственно при точной постановке костюмы должны соответствовать этому году. Автор также дал несколько подсказок относительно внешнего вида и костюмов своих персонажей, но, как это часто бывает, режиссер и художник им не слишком следовали.
Модный силуэт 1893 года подразумевал пышный рукав «жиго», увеличение линии плеч, широкую грудь, узкую талию, чуть заниженную и заостренную шнипом. Линия бедер и ягодиц искусственно не увеличивалась, а юбка конусом расширялась к низу. Вечерние наряды часто были без рукавов и с треном, который красиво изгибался, когда женщина сидела. Причёска и шляпка могли быть замысловатыми, но аккуратными и небольшими. Ближе к концу века рукава станут сужаться, а в начале XX века шляпы вместе с причёсками дам, наоборот, постепенно расти. Силуэт станет S-образно изгибаться.
Модные иллюстрации периода из Цифровой коллекции Музея Метрополитан
В 1980 году пьесу экранизировал Виктор Георгиев, позвав художником по костюмам Ганну Ганевскую.
Наш фильм нередко «обвиняют» в том, что костюмы не соответствуют эпохе, возможно, это было осознанное желание немного «осовременить» пьесу в глазах зрителя, сделать ее более динамичной. Кроме того, Ганевской не откажешь в том, что костюмы героев прекрасно выражают их характер. «Правильная» Гертруда – вся в белом, как ангел во плоти. Мейбл, желающая пощекотать нервы и в меру поэпатировать, в брюках, псевдо античных нарядах, красной амазонке. Денди Горинг в костюме для гольфа аля принц Уэльский. Не говоря уже о Лоре Чивли.
Из текста пьесы мы знаем, что миссис Чивли дважды замужем, как закончился ее второй брак, не говорится, возможно, она вдова, и тогда «платье цвета гелиотроп», то есть фиолетовое, – это авторская подсказка. Фиолетовый – это один из цветов траура в викторианском этикете. Очевидно, что её платье сильно декольтировано, поскольку, как говорит лорд Горинг, «вчера на ней румян было очень много, а платья очень мало». И, кроме того, на нём должна быть бриллиантовая брошь в виде змеи с большим рубином. Второе её появление (у Чилтернов за брошкой) описано словами Мейбл: «В сногсшибательном платье». И, наконец, третья смена костюма — визит Лоры к Артуру: «Она вся в зелёном с серебром и, более чем когда-либо, змееподобна. На плечах чёрное атласное манто, подбитое шёлком цвета увядшей розы».
А теперь взглянем на нашу аферистку.
В другом интервью она говорила: «Она была трудная для художников по костюму вообще. Они не любили с нею работать. Но у меня всё с нею было совершенно идеально. Она работала по моим эскизам, по тому, что мы делали. Ей нравилось, в основном». (Передача «Имена», эфир 16.02.2014. Первый образовательный канал). Сама же Людмила Марковна в своей книге «Люся, стоп!» писала о костюмах из «Идеального мужа»: «Художник по костюму Ганна Ганевская создала уникальные вещи».
Ганевская одевает Людмилу Гурченко на прием в чёрно-золотое узкое платье с пышной отделкой на груди. В сочетании с замысловатой прической образ напоминает королевскую кобру с раскрытым капюшоном. Брошь-змея гармонично вписана в костюм.
«А кто это там, в жутких розочках?» — могла бы ревниво спросить Мейбл Чилтерн. Но это совсем другое кино.
Миссис Чивли дома у Чилтернов
Фото Синемода из Музея Мосфильма.
Все дело в шляпке.
Художник по костюмам Дмитрий Андреев рассказывает: «Кажется, что подол платья украшен перьями. Но нет. Это истрепанный газ. Очень популярный в то время приём, когда перьев не сыщешь днем с огнем. Для манто перья собирали по всей студии, все подушки были вскрыты. Потом платье и манто подкрашивали в такой легкий персиковый тон. И на экране оно смотрелось дорогим тончайшим шёлком». (Татьяна Нагорских «Не доигрывайте актёра костюмом» / Русский мир)
Эскизы костюмов Ганны Ганевской к фильму. Миссис Чивли. Дорожный костюм, Леди Маркби и миссис Чивли, Леди Чилтерн и миссис Чивли, Леди Чилтерн и миссис Чивли. Эскизы представлены Музеем кино
Наш фильм нередко «обвиняют» в том, что костюмы не соответствуют эпохе, возможно, это было осознанное желание немного «осовременить» пьесу в глазах зрителя, сделать ее более динамичной. Кроме того, Ганевской не откажешь в том, что костюмы героев прекрасно выражают их характер. «Правильная» Гертруда – вся в белом, как ангел во плоти. Мейбл, желающая пощекотать нервы и в меру поэпатировать, в брюках, псевдо античных нарядах, красной амазонке. Денди Горинг в костюме для гольфа аля принц Уэльский. Не говоря уже о Лоре Чивли.
ЛОРА ЧИВЛИ
Оскар Уальд дает довольно подробное ее описание: «миссис Чивли высока и худощава. Сухие, сильно накрашенные губы яркой чертой перерезают бледное лицо. Золотисто-рыжие волосы, орлиный нос, длинная шея. Румяна только подчеркивают её природную бледность. Серо-зелёные беспокойные глаза. Платье цвета гелиотроп, бриллианты. Похожа на орхидею и возбуждает любопытство. Все движения очень грациозны. В целом она — произведение искусства, но со следами влияния слишком многих школ». Так как Лора Чивли – одноклассница Гертруды Чилтерн, ей, видимо, так же «около 27 лет».
Оскар Уальд дает довольно подробное ее описание: «миссис Чивли высока и худощава. Сухие, сильно накрашенные губы яркой чертой перерезают бледное лицо. Золотисто-рыжие волосы, орлиный нос, длинная шея. Румяна только подчеркивают её природную бледность. Серо-зелёные беспокойные глаза. Платье цвета гелиотроп, бриллианты. Похожа на орхидею и возбуждает любопытство. Все движения очень грациозны. В целом она — произведение искусства, но со следами влияния слишком многих школ». Так как Лора Чивли – одноклассница Гертруды Чилтерн, ей, видимо, так же «около 27 лет».
Из текста пьесы мы знаем, что миссис Чивли дважды замужем, как закончился ее второй брак, не говорится, возможно, она вдова, и тогда «платье цвета гелиотроп», то есть фиолетовое, – это авторская подсказка. Фиолетовый – это один из цветов траура в викторианском этикете. Очевидно, что её платье сильно декольтировано, поскольку, как говорит лорд Горинг, «вчера на ней румян было очень много, а платья очень мало». И, кроме того, на нём должна быть бриллиантовая брошь в виде змеи с большим рубином. Второе её появление (у Чилтернов за брошкой) описано словами Мейбл: «В сногсшибательном платье». И, наконец, третья смена костюма — визит Лоры к Артуру: «Она вся в зелёном с серебром и, более чем когда-либо, змееподобна. На плечах чёрное атласное манто, подбитое шёлком цвета увядшей розы».
А теперь взглянем на нашу аферистку.
Людмиле Марковне Гурченко было 45 на момент съемок, но и партнеры были в той же «весовой категории»: 52-летний Юрий Яковлев в роли Чилтерна и 44-летний Эдуард Марцевич за лорда Горинга. Плюс великолепная игра актрисы. И яркие костюмы Ганны Ганевской.
Дмитрий Андреев, художник по костюмам:
Дмитрий Андреев, художник по костюмам:
«Фильм потрясающий, на самом деле. Если сравнить все экранизации, в нем есть интересный «костюмный» ход, чего нет в других версиях. Миссис Чивли–Гурченко, если посмотреть на ее костюм, это человек из другого мира, из будущего, из Голливуда 1930 — 40-х гг (в то время как действие фильма – это рубеж веков, Модерн). Референсом для ее образа были, возможно, костюмы Марлен Дитрих и других голливудских див 30-40-х. Поскольку сама Людмила Марковна любила этот стиль, я думаю, что художница тоже с удовольствием пошла вслед за ней»
Марлен Дитрих (1939), фото Джорджа Харрела, кадр из фильма
Кэй Френсис, «Мандалай» (1934, художник по костюмам Орри-Келли), Марлен Дитрих, «Ангел» (1937, художник по костюмам Трэвис Бэнтон), Людмила Гурченко, «Идеальный муж» (1980)
Ганна Ганевская рассказывает в интервью для фильма «Людмила Гурченко. Как я стала богиней» (2012): «Я ей сказала: «Давайте начнем с корсета». Людмила Марковна онемела: «Корсет! Для меня?!» «Да, корсет на вас. Людмила Марковна, я знаю, что ваша талия – самая тоненькая среди наших актрис. Но я вам даю корсет не для этого, я даю его для того, чтобы вы ощутили время, свою собственную осанку и оценили, насколько это способствует чёткости вашего силуэта, который я предполагаю на вас осуществить».
Ганна Ганевская рассказывает в интервью для фильма «Людмила Гурченко. Как я стала богиней» (2012): «Я ей сказала: «Давайте начнем с корсета». Людмила Марковна онемела: «Корсет! Для меня?!» «Да, корсет на вас. Людмила Марковна, я знаю, что ваша талия – самая тоненькая среди наших актрис. Но я вам даю корсет не для этого, я даю его для того, чтобы вы ощутили время, свою собственную осанку и оценили, насколько это способствует чёткости вашего силуэта, который я предполагаю на вас осуществить».
В другом интервью она говорила: «Она была трудная для художников по костюму вообще. Они не любили с нею работать. Но у меня всё с нею было совершенно идеально. Она работала по моим эскизам, по тому, что мы делали. Ей нравилось, в основном». (Передача «Имена», эфир 16.02.2014. Первый образовательный канал). Сама же Людмила Марковна в своей книге «Люся, стоп!» писала о костюмах из «Идеального мужа»: «Художник по костюму Ганна Ганевская создала уникальные вещи».
Ганевская одевает Людмилу Гурченко на прием в чёрно-золотое узкое платье с пышной отделкой на груди. В сочетании с замысловатой прической образ напоминает королевскую кобру с раскрытым капюшоном. Брошь-змея гармонично вписана в костюм.
«Ганна Владимировна Ганевская, конечно, великий художник, — рассказывает Дмитрий Андреев. — Её костюмы всегда можно выделить среди всех остальных. Цветовая палитра этой картины — это перламутр. В фильме прослеживается абсолютное взаимопонимание между оператором, художником по костюмам и художником-постановщиком. В декорациях мы видим такой «отчаянный» Модерн. И Ганна Владимировна очень тонко, как в картину, вписывает свои костюмы в эти декорации. Художник работает на легких полутонах: все фактуры прозрачные, чуть зеркальные, мерцающие. И на контрасте с ними героиня Гурченко неожиданно появляется на балу. Ее платье сшито из черного полупрозрачного шифона, расшитого вертикальными полосами сверкающих пайеток, на чехле нежно-абрикосового оттенка».
Необычный костюм – цвета пыльной розы с воротником, декорированным розами и огромной шляпой, поля которой расшиты такими же розами. Любая другая актриса смотрелась бы странно, даже нелепо в этом огромном «кокошнике», но Гурченко великолепна и органична. Наряд, по Уальду, сногсшибательный, и он резко отличается от нежных белых кружевных нарядов Гертруды и других дам.
Необычный костюм – цвета пыльной розы с воротником, декорированным розами и огромной шляпой, поля которой расшиты такими же розами. Любая другая актриса смотрелась бы странно, даже нелепо в этом огромном «кокошнике», но Гурченко великолепна и органична. Наряд, по Уальду, сногсшибательный, и он резко отличается от нежных белых кружевных нарядов Гертруды и других дам.
«А кто это там, в жутких розочках?» — могла бы ревниво спросить Мейбл Чилтерн. Но это совсем другое кино.
Миссис Чивли дома у Чилтернов
Миссис Чивли уходит с гордо поднятой головой
Этот костюм сейчас можно увидеть в экспозиции Музея Мосфильма. Шляпу для него восстановил художник по костюмам Дмитрий Андреев.
Этот костюм сейчас можно увидеть в экспозиции Музея Мосфильма. Шляпу для него восстановил художник по костюмам Дмитрий Андреев.
Дмитрий Андреев
«Как-то два года назад копался я на складах Мосфильма, и на полках лежали какие-то смятые старые шляпы из фильмов еще советского периода, — рассказывает Дмитрий. — И вдруг я натыкаюсь на что-то знакомое по фактуре. Где-то когда-то я это видел. А это ТА САМАЯ шляпа ТОЙ САМОЙ Людмилы Гурченко из ТОГО САМОГО фильма, мной обожаемого. Я попросил разрешения привезти эту шляпу в порядок. Была погнута основа, частично разобраны цветы, что-то висело, естественно, уже не было пера. Я эту форму заново слепил, нашёл у себя похожее перо. Оно ведь тоже не простое, сложного седоватого оттенка».
«Как-то два года назад копался я на складах Мосфильма, и на полках лежали какие-то смятые старые шляпы из фильмов еще советского периода, — рассказывает Дмитрий. — И вдруг я натыкаюсь на что-то знакомое по фактуре. Где-то когда-то я это видел. А это ТА САМАЯ шляпа ТОЙ САМОЙ Людмилы Гурченко из ТОГО САМОГО фильма, мной обожаемого. Я попросил разрешения привезти эту шляпу в порядок. Была погнута основа, частично разобраны цветы, что-то висело, естественно, уже не было пера. Я эту форму заново слепил, нашёл у себя похожее перо. Оно ведь тоже не простое, сложного седоватого оттенка».
Фото Синемода из Музея Мосфильма.
Все дело в шляпке.
Дорожный костюм Лоры – красное пальто с чёрным поясом, шляпкой, перчаткой и лаковыми сапогами, — ее первое появление на экране: эффектно, драматично, опасно. И по моде 1940-х гг.
Лора вернулась в город. Лондон, держись.
В кульминационной сцене объяснения с Горингом Чивли-Гурченко в эффектном персиковом платье с палантином из перьев и тюрбаном, расшитым золотом. Она смотрится, словно дива золотой эры Голливуда (см. коллаж выше). Сейчас это платье хранится на Мосфильме, а тюрбан — в музее-мастерской Людмилы Гурченко.
В кульминационной сцене объяснения с Горингом Чивли-Гурченко в эффектном персиковом платье с палантином из перьев и тюрбаном, расшитым золотом. Она смотрится, словно дива золотой эры Голливуда (см. коллаж выше). Сейчас это платье хранится на Мосфильме, а тюрбан — в музее-мастерской Людмилы Гурченко.
Художник по костюмам Дмитрий Андреев рассказывает: «Кажется, что подол платья украшен перьями. Но нет. Это истрепанный газ. Очень популярный в то время приём, когда перьев не сыщешь днем с огнем. Для манто перья собирали по всей студии, все подушки были вскрыты. Потом платье и манто подкрашивали в такой легкий персиковый тон. И на экране оно смотрелось дорогим тончайшим шёлком». (Татьяна Нагорских «Не доигрывайте актёра костюмом» / Русский мир)
Эскизы костюмов Ганны Ганевской к фильму. Миссис Чивли. Дорожный костюм, Леди Маркби и миссис Чивли, Леди Чилтерн и миссис Чивли, Леди Чилтерн и миссис Чивли. Эскизы представлены Музеем кино
ГЕРТРУДА ЧИЛТЕРН
Несмотря на то, что Гертруда – сугубо положительный персонаж, ей трудно симпатизировать как в пьесе, так и в экранизациях, уж больно она ригидная, непрошибаемо-правильная, жесткая. Оскар Уальд указывает: «она очень хороша собой — тип строгой классической красоты». Что ж посмотрим в кино на неё и её костюмы.
Несмотря на то, что Гертруда – сугубо положительный персонаж, ей трудно симпатизировать как в пьесе, так и в экранизациях, уж больно она ригидная, непрошибаемо-правильная, жесткая. Оскар Уальд указывает: «она очень хороша собой — тип строгой классической красоты». Что ж посмотрим в кино на неё и её костюмы.
Анна Твеленева не произвели на нас впечатления ни своей игрой, ни своими нарядами, хотя и элегантными и благопристойными.
У Анны Твеленевой костюмы и шляпы в стиле Модерн (начало XX века). Обилие светлого и кружева в костюмах и аксессуарах Гертруды-Твеленевой должно было ей создать в глазах зрителя образ нежного ангела во плоти. Но оно плохо сочетается с её холодной, даже безразличной игрой.
У Анны Твеленевой костюмы и шляпы в стиле Модерн (начало XX века). Обилие светлого и кружева в костюмах и аксессуарах Гертруды-Твеленевой должно было ей создать в глазах зрителя образ нежного ангела во плоти. Но оно плохо сочетается с её холодной, даже безразличной игрой.
МЕЙБЛ ЧИЛТЕРН
Оскар Уальд характеризует её как «совершенный образчик английской женской красоты, белорозовой, как цвет яблони», и в принципе Елена Коренева под этот типаж подходит. К сожалению, она не произвела на нас хорошего впечатления. Отметим лишь своеобразные наряды.
Нам кажется, что здесь есть отсылка к описанию Уальда: «она похожа на танагрскую статуэтку». В этом же античном стиле выполнена и прическа Мейбл. Логично, что она удивляется словам миссис Чивли, что ее платье «простенькое и приличное»: «Неужели? Непременно скажу моей портнихе. То-то она удивится!».
Вид сзади
Еще один любопытный наряд – черный брючный костюм, который Мейбл надевает для катания на велосипеде. Мы уже писали про брюки в женском гардеробе в конце XIX века, и здесь опять же они смотрятся очень уместно. Мейбл – смелая девушка, не боящаяся немного поэпатировать публику. К тому же она на велосипеде.
Красный костюм наездницы и особенно высокое кепи также отлично вписываются в гардероб Мейбл, с ее задорным, смелым характером.
Ганна Ганевская, эскизы костюмов: Мисс Мейбл на балу, Мейбл и лорд Горинг. Эскизы предоставлены Музеем кино
РОБЕРТ ЧИЛТЕРН
Юрий Яковлев — сэр Роберт Чилтерн
АРТУР ГОРИНГ
Эдуард Марцевич — Артур, лорд Горинг, Павел Кадочников — лорд Кавершем, отец лорда Горинга
Эдуард VIII и его «предшественник» Артур Горинг
Отсюда
Оскар Уальд характеризует её как «совершенный образчик английской женской красоты, белорозовой, как цвет яблони», и в принципе Елена Коренева под этот типаж подходит. К сожалению, она не произвела на нас хорошего впечатления. Отметим лишь своеобразные наряды.
Ганна Ганевская придумала интересное бальное платье для Мейбл- Елены Кореневой: белое с ассиметричной отделкой желтым, немного в античном стиле.
Нам кажется, что здесь есть отсылка к описанию Уальда: «она похожа на танагрскую статуэтку». В этом же античном стиле выполнена и прическа Мейбл. Логично, что она удивляется словам миссис Чивли, что ее платье «простенькое и приличное»: «Неужели? Непременно скажу моей портнихе. То-то она удивится!».
Вид сзади
Еще один любопытный наряд – черный брючный костюм, который Мейбл надевает для катания на велосипеде. Мы уже писали про брюки в женском гардеробе в конце XIX века, и здесь опять же они смотрятся очень уместно. Мейбл – смелая девушка, не боящаяся немного поэпатировать публику. К тому же она на велосипеде.
Красный костюм наездницы и особенно высокое кепи также отлично вписываются в гардероб Мейбл, с ее задорным, смелым характером.
Ганна Ганевская, эскизы костюмов: Мисс Мейбл на балу, Мейбл и лорд Горинг. Эскизы предоставлены Музеем кино
РОБЕРТ ЧИЛТЕРН
Юрий Яковлев — сэр Роберт Чилтерн
АРТУР ГОРИНГ
Эдуард Марцевич — Артур, лорд Горинг, Павел Кадочников — лорд Кавершем, отец лорда Горинга
Строгая мужская мода конца XIX века не позволяла особо разгуляться: днем – сюртук-визитка, как правило, черный или серый, вечером – строго черный фрак, дома – домашняя короткая куртка
Ганна Ганевская разнообразила гардероб Горинга-Мацкевича стилем принца Уэльского, а затем Эдуарда VIII (того самого, который отрекся от престола ради женитьбы на Уоллис Симпсон): бриджи для игры в гольф, высокие носки, твидовый пиджак и кепка. Правда, принц так одевался в 1920-ые (сам-то он только родился в 1894 году).
Ганна Ганевская разнообразила гардероб Горинга-Мацкевича стилем принца Уэльского, а затем Эдуарда VIII (того самого, который отрекся от престола ради женитьбы на Уоллис Симпсон): бриджи для игры в гольф, высокие носки, твидовый пиджак и кепка. Правда, принц так одевался в 1920-ые (сам-то он только родился в 1894 году).
Эдуард VIII и его «предшественник» Артур Горинг
Отсюда